Стигматизация людей, живущих с пограничным расстройством личности (ПРЛ)

Статья ПограничникиПограничное расстройство личности — это медицинский диагноз, показывающий, что в своей жизни человек балансирует на грани какого-либо психического расстройства, но все-таки сохраняет функциональность. Вторым диагнозом к нему обычно идет то расстройство, на грани которого (по крайней мере, по версии врача) находится человек.

По статистике, 28-30% людей, живущих с ПРЛ, совершают суицид (завершенный). То есть тяжесть этого состояния настолько велика, что каждый третий человек, имеющий такой диагноз, предпочитает уйти из жизни, чем жить так дальше — и реализует это на практике. Большинство людей, живущих с ПРЛ, в течение жизни наносят себе порезы, испытывают нежелание жить. От 50 до 70% таких людей прибегают к алкоголю, наркотикам и другим психоактивным веществам в попытках облегчить свои страдания.

Казалось бы, такие люди очень нуждаются в квалифицированной помощи и бережном обращении, но в этой области (по крайней мере, в России) царит настоящий ад. В этом мы убедились, просто поговорив о проблемах этих людей в узком кругу.

Логи этого разговора мы и приводим здесь. У нас не бесконечное количество ресурса, чтобы доводить эту статью до совершенства; к тому же, у нас есть опасения, что если мы «причешем» текст, то из него во многом уйдет тот эмоциональный запал, который у нас был в процессе обсуждения. Так что мы решили, что уже в таком виде это неплохой коллективный нарративный документ, способный поддержать многих.

— еще можно поднять тему людей с пограничным расстройством личности, когда им сложно получить квалифицированную помощь, поскольку психиатры отказываются от них, ибо недопсихиатрия, а психологи редко с ними работают, ибо перепсихология — психологи не выдерживают манеры поведения людей с ПРЛ

— Да, это трындец какой-то. Ну даже просто например в описаниях найдешь, бывало, у себя черты пограничной личности, а потом как полезешь искать материал — мамочки, про «пограничников» такое пишут, что хоть в петлю лезь!

— Или вот с клиентами даже не понятно, что делать: с одной стороны, хорошо бы информировать человека о состоянии его здоровья, о том, что ты видишь, чтобы он сам мог ориентироваться. И в то же время наткнется он на такое — и что? Откачивай потом? К тому же, большей частью все эти «ужасы» — бред сивой кобылы! В смысле, «пограничникам» приписываются определенные мысли, или что они не могут чувствовать чувства, и что если вы распознали в своем партнере «пограничника» — бегите от него со всех ног, а то он страшное сделает…

— И вот сидит живой человек и все это читает. Типа, «про себя», ага.

— да, вообще, жесть какая-то… к N приходят люди с ПРЛ после психологов и психиатров и их сначала откачать от помощи этих так называемых спецов

— Какой он молодец, что занимается этим!

— Заметь: сколько сразу позитивных эмоций от знания о том, что хоть кто-то делает свою работу!

— (…) а про «пограничников» — да такой ад пишут и каждый старается все написать страшнее и страшнее, ужаса подлить

— Это при том, что психологи, ведущие блоги, очень сильно влияют на общественное мнение и во многом являются «законодателями мод» в этой области.

— Да не только в блогах, но и в книгах такое пишут, что страшно читать!

— Прям на травлю какую-то похоже… Не удивительно, что каждый третий не выдерживает в таких условиях и заканчивается.

— Пиши статью!

Это то, что мы «накопали» в краткой беседе.

Может быть, у вас есть, чем дополнить?

(без подписи)

Музыка: Чичерина – ТуЛуЛа

#психология #психотерапия #психиатрия #пограничноерасстройство #ПРЛ

Стигматизация людей, живущих с пограничным расстройством личности (ПРЛ): 5 комментариев

  1. Комментарии к этому посту ВКонтакте (https://vk.com/wall-108114569_8):

    Кристина Чечулина:
    Большая правда насчёт того, что статьи в Интернете дают информацию, которая буквально вгоняет в ступор, то есть становится понятно, насколько ты «неправильный», но что с этим делать — неизвестно. А ещё любят внизу приписывать нечто в духе: «Пограничное расстройство — одно из самых тяжело поддающихся терапии, работать с пограничным пациентом — большая мука». Как правило, эффект получается обратный желаемому, и ты, пациент, рыщущий по Сети в поисках советов по самопомощи, начинаешь тихо паниковать.

    При ПРЛ, как и биполярном расстройстве, бывают частые смены состояний, настроения. Случается, что человек старается держать «хорошую мину» или находится в более позитивном, но нестабильном состоянии. Например, когда я пришла к психотерапевту спустя три дня после последнего визита, когда дела были совсем плохи, она сказала: «Если бы я не видела тебя в прошлый раз, я бы решила, что ты дурью маешься.» То есть не сразу понятно, что с человеком не так. Можно выглядеть здоровым, когда состояние на самом деле близко к критическому.

    Спасибо за этот пост:) Такие статьи обнадёживают)

    Кристина Чечулина:
    Ещё я, как человек с ПРЛ, не до конца понимаю вопрос этичности обсуждения с родными и/или друзьями проблем такого рода. Бывает, что человек, от которого ты не ожидаешь такой реакции злится или делает вид, что ничего не слышит, не замечает. Конечно, сложно понимать расстройство, если ты сам ничего подобного никогда не переживал. Но я не могу понять, как следует относиться к таким реакциям. Иногда родственники начинают переживать за «репутацию семьи» и повторять, чтобы ты не вздумал ничего нигде ляпнуть. Это тоже создает напряжение.
    И если ты никогда не рассказываешь, то чувствуешь себя немного недосоциальным — как преступник какой-то) А если рассказываешь, то испытываешь неловкость, как будто навязываешь другому свои странности.

    Трикстер:
    Кристина, спасибо огромное за отклик!

    Люда Орел:
    Кристина, вот эта фраза про то, какая мука работать с «пограничниками», у меня прям вызвала ощущение узнавания цитаты!
    Про родственников и пр. мне тоже очень откликнулось. Для меня вопрос стоял так: «этично ли говорить о себе как о жертве насилия и притеснения в детстве, если таким образом ты говоришь что-то плохое про своих родственников», и конкретно колбасило меня по этому поводу очень долго, пару лет, наверное. Сейчас, вроде, успокоилось. Мне в этом плане как-то очень близки идеи научного феминизма о притеснении и насилии, и поэтому для меня важно не замалчивать, чтобы может быть, в обществе что-то менялось.

    Костя Федотов:
    Вот не знаю, стоит ли мне высказываться по этой теме, т.к. своих диагнозов я не знаю, мне их никто никогда не ставил. Но, тем не менее, многое из вышенаписанного оказалось мне близко. Особенно про смену состояний
    и «хорошую мину». Мне это всё очень мешало в прошлом при обращении к различным психологам и на различных психотренингах. Не знаю, почему, но, когда я прихожу к психологу, я моментально успокаиваюсь, расслабляюсь и настроение у меня улучшается. Вот со стороны может создаться впечатление, что проблем у меня вообще нет, что я действительно дурью маюсь и просто, пардон, по**деть пришёл. И я в таком приподнятом настроении хожу ещё полдня и даже задумываюсь над тем, что не нужна мне никакая психологическая помощь, всё и так в порядке… а потом — откат. Со слезами, с истериками, осознанием того, что как человек я — г**но и желанием поскорей себя из этой жизни выпилить. Либо просто такое состояние, когда вообще НИЧЕГО не радует, когда, даже если что-то приятное произошло, ты просто смотришь на это и умом отмечаешь: «это ведь должно было меня порадовать». А не можешь радоваться! И понимаешь, что с этим нужно что-то делать, это вообще уже лечить надо! Но приходишь к очередному психологу, расслабляешься, успокаиваешься… замкнутый круг.

    При родственников и некоторых друзей — вообще отдельная больная тема.

    Кристина Чечулина:
    Костя, моя ситуация) Когда иду к психотерапевту/психологу, особенно в первые приёмы, стараюсь «держать лицо» даже если всё плохо, потому что боюсь не понравиться/разочаровать и пр.

    Костя Федотов:
    Кристина, тоже знакомо… правда не совсем в случае с психологами, а когда обращаюсь за психопомощью к друзьям либо людям, которые в дальнейшем могут стать друзьями.

    Но просто с психологами, на которых я когда-то деньги выкидывал (именно выкидывал, т.к. пользы от сеанса в итоге не было), было немного иначе. Сам психолог и обстановка вокруг меня именно расслабляют и успокаивают, и я мгновенно перескакиваю из состояния «человека с проблемами» в «человека в норме». В итоге даже рассказ о том, что меня действительно тревожит, звучит как-то неискренне, будто человеку просто нечем заняться или поговорить не с кем.

  2. Кормментарии с Фейсбука (https://www.facebook.com/psy.customers/photos/a.436554316529356.1073741828.436543846530403/436620113189443):

    Валерий Разуваев:
    Абсолютно согласен с тем что написано, и с тем что не нужно ни чего сглаживать, ситуация очень острая и прямо оголенная, и вы молодцы что ее поднимаете, я присоединяюсь и начну дополнения по вашей просьбе, начнем с понятия сути ПРЛ
    ( моя личная интерпретация на основе небольшого опыта и конечно же трудов О. Кернберга, А. Ленгле, М. Лайнен, Bateman and Fonagy)

    Часть первая:
    Представьте себе человека, который ест и не может остановиться, нет того физиологического тормоза , который регулирует процесс принятия пищи. И что в таком случае? Мы видим угрозу для этого человека, а он сам ее не видит, так как механизм насыщения, механизм который регулирует этот процесс, либо нарушен либо просто не сформирован у человека, и человек вынужден пойти в другую крайность, человек перестает есть вообще, и также по причине отсутствия механизма отвечающего за чувство голода. И при всем при этом человек чувствует вкус еды. Он способен это ощущать. И также с отказом от еды. Он отказывается , но он четко понимает что есть нужно и это вопрос выживания, а если он начинает есть, то также оказывается в той же самой ловушке, где еда уже из средства выживания переходит в угрозу этого выживания. И теперь этот механизм мы можем перенести в область чувств, и уже видно, что человек не лишен их и они есть у него, у него не потеря или отсутствие чувств у него отсутствие чувствительности своих чувств. И поэтому он не может ими управлять и он этого боится, он осознает это состояние, и вот именно находясь в таких крайних состояниях человек с ПРЛ не может определить что же он на самом деле чувствует, а значит и не может ощутить себя, поскольку нет механизма автоматического регулирования своих чувств, человек с ПРЛ естественным образом распознает свои чувства, но только, как бы их зеркальное отражение в другом человеке. Другой- для него индикатор его собственного состояния. Другой-это поводырь слепого, это искусственная почка . Но человек с ПРЛ вынужден не следовать за своим «зеркалом» а руководить этим «зеркалом», ему нужно не просто «зеркало», а «зеркало которое как бы наоборот, не я отражаюсь в зеркале, а я подражаю зеркалу». я следую за зеркалом в каждый момент времени, и в тоже время я руковожу этим зеркалом. И вот тут то и наступает фаза , когда «зеркало» видит как им начинают управлять. Оно включает сопротивление, и включается реактивный процесс, он усиливает отраженную реакцию — сопротивление, зеркало ее усиливает и…. как итог эскалации- разрыв ( отказ зеркала от отражения ( общения))
    Пример: обесценивание терапевта-реакция терапевта на обесценивание- уход от общения-включение инструмента параноидальной враждебности-создание травмирующей ситуации. При которой травмирующим будет не реактивная негативная эмоция, а именно разрыв отношений, который является основополагающим фактором в терапии людей с ПРЛ, но об этом отдельно>
    И еще небольшая, но важная иллюстрация к отсутствию чувствительности к собственным чувствам.
    Представьте, что ваше осязание вас покинуло, вы не можете тактильно определить горячая перед вами кружка или холодная, и представим, что это металлическая кружка с кипятком, вы знаете что у вас нет возможности наощупь определить степень опасности ( разрушающую температуру этой кружки), и если вы ее схватите, вы не почувствуете ожога, но вы его увидите в виде реакции тела. Вы увидите как ваши пальцы опухли и покраснели и т.п. – вы получили травму и она для вас реальна., И вот в такой ситуации ( только на уровне восприятия своих чувств находится человек с ПРЛ) , что ему предпринять? Как определить можно ли брать кружку в руки? И что мы бы сделали в таком случае, как нам определить степень опасности? Верно, очень просто, нужно проследить за реакцией другого человека, который вместо вас возьмет эту кружку, или он отдернет руки и это означает опасность или он возьмет кружку и это означает безопасность, в этом контексте ярко видно, как идет проверка безопасности мира в глазах людей с ПРЛ, почему им нужен другой человек, для выживания.

  3. Еще с Фейсбука:

    Елена Смирнова:
    Реплика от зануды: в посте сразу вперемешку и про пограничное расстройство личности, которое диагноз в классификациях, и про пограничную личностную организацию, которая «середина» в континууме невротическая-пограничная-психотическая (из теории объектных отношений выросло, если не ошибаюсь). Это разные вещи всё-таки. У пограничного по структуре клиента вовсе не обязательно, доберись до него врач-психиатр, будет диагностировано пограничное расстройство личности. Скорее всего, именно расстройство личности, но вполне возможно и какое-то другое. А при любом расстройстве личности — диагностированном или нет не важно — организация скорее всего будет пограничной. Теперь реплика не от зануды и безотносительно этой путаницы. В любом случае речь идет о людях, у которых, действительно, психиатр не находит, что лечить, и поэтому отправляет гулять, а психолог… либо не выдерживает, либо воспринимает как немотивированного, манипулирующего, даже как психически больного и отправляет гулять уже по этой причине. И так они и ходят в поисках помощи (а потом уже и не ходят), сталкиваясь всё с новыми отказами и постепенно убеждаясь в невозможности со своими трудностями справиться. Речь идет о людях с выраженными эмоциональными проблемами, крайне тяжелым самочувствием, склонностью к самоповреждениям разной степени опасности, к суицидальному поведению, с множеством «изолированных» симптомов (могут быть нарушения пищевого поведения, сексуальные дисфункции, фобии, панические атаки, навязчивости, зависимости — по поводу этих отдельных симптомов и обращаются, собсно), с патологическим контролем, с архаической (и я бы сказала — убойной) комбинацией механизмов психологической защиты (вследствие чего имеются довольно выраженные искажения в восприятии коммуникативных ситуаций, следовательно — коммуникативные трудности вплоть до неспособности удерживаться в отношениях), со страхом отвержения или поглощения (или обоими сразу), со специфическим сплавом недифференцированных импульсов сексуальных, зависимых и агрессивных (три в одном буквально), с поведением, воспринимаемым как манипулятивное, с систематическим и довольно экспансивным нарушением границ… В общем, действительно с огромным количеством сложностей, с тяжелой внутренней жизнью. Для оказания психологической помощи надо иметь и определенную подготовку, и, мне кажется, высокую «устойчивость» терапевту. Чаще всего сталкиваюсь с тем, что психологи в лучшем случае только в теории понимают, ЧТО это и что помощь здесь возможна. А в основном включаются (а пограничный клиент включает в свою систему молниеносно и мощно) в агрессию, отвержение, безнадежность, воспринимают как немотивированных /манипулирующих / глупых (при сильном расщеплении человек одно за другим высказывает несочетаемые друг с другом вещи и не видит противоречия). И, в общем-то, просто отказываются работать. Работа с такими клиентами — это одна из самых интересных для меня сторон практики. При этом я всегда заинтересована в коллегах, к которым можно перенаправлять. Так как понятно, что работа тяжелая, 100 % клиентов из людей с пограничной организацией состоять не может. Ну, у меня точно не может, я не смогу быть эффективна после определенного количественного рубежа. Это и эмоциональная нагрузка, и динамику отслеживать — само по себе глобальная техническая задача, требующая концентрации, хорошей памяти, вообще ресурсозатратная, и сохранить терапевтическую позицию при мощнейшем расщеплении / проективных идентификациях — нелегко, так скажем. А когда приходят в момент «у меня все «тяжелые» места заняты» — хочется не в никуда отправить, а к коллеге.

    Елена Смирнова:
    Если меня вдруг сейчас читает кто-то, кто узнает себя в этих описаниях… Если вы действительно хотите себе помочь — это возможно. Не быстро и не сказать, чтобы легко, но задача реальная. Ну, как минимум до уровня, чтобы установилось приемлемое эмоциональное состояние, были взяты под контроль попытки так или иначе разрушить себя, появилась возможность устанавливать и поддерживать достаточно стабильные и достаточно комфортные отношения. Не говорю про «отлично», но «приемлемо / хорошо» и «лучше, чем было». Вопрос в поиске подходящего специалиста, найти которого гораздо больше раз не получится, чем получится. Воздержитесь от «все они ничего не понимают и ничего не могут», хотя у вас есть веские основания считать именно так. Дело не в этом. А в том, что и психиатры, и психологи больше заточены под работу с просто другими проблемами.

  4. Комментарии из ЖЖ (http://lesley-f.livejournal.com/395183.html):

    nasse:
    Ну… Гадко это, когда человек пытается выкарабкаться из по-настоящему глубокой *опы, а получает брезгливое «по мозгам»

    С точки зрения здравого смысла, было бы хорошо, если бы легко гуглились относительно простые способы самоподдержки, а не сведения о норме и бяки о тех, кто ей не соответствует.

    Потому что если человек в *опе, ему реально трудно просматривать даже третью страницу гугла, он на первой закончится.

    Трикстер:
    Да.

    sketch_turner:
    Такое лечится (точнее, корректируется) в первую очередь лекарствами, а не психологами, которые тут вообще ни к месту. От слова «совсем». Подобными вещами уже психиатр должен заниматься.

    Трикстер:
    Не совсем так.
    Это даже ещё не психиатрия толком.
    И в любом случае требует психотерапевтической поддержки.

    alena_dnepr:
    Ээээ…
    Признаки, необходимые для диагностики:
    — Импульсивность, проявляющаяся как минимум в двух сферах, которые предполагают причинение себе вреда (например, трата денег, сексуальное поведение, злоупотребление психоактивными веществами, нарушение правил дорожного движения, систематическое переедание
    — Аффективная неустойчивость, очень переменчивое настроение
    — Неадекватные проявления сильного гнева или трудности, связанные с необходимостью контролировать чувство гнева
    ….
    ну и упомянутая уже склонность к суициду.

    И при этом предлагается НЕ бежать от такого партнера со всех ног, я правильно понимаю? .

    Трикстер:
    Это слишком общий вопрос, чтобы на него можно было однозначно ответить))

    Конечно, селф-харм в качестве способа совладания, неустойчивое настроение и суицидальные мысли у значимого другого рядом — это не особо приятно, но тут еще важно, что человек делает с этими своими импульсами. И ещё немаловажный вопрос, насколько он дорог тому, кто задается вопросом, бежать ему или не бежать.

    kyuu_ten:
    Насколько я понимаю, еще одни грабли кроются в сложности отделения ПРЛ от варианта нормы и ПРЛ от психиатрии. Но я не психолог, это частное мнение. А учитывая обстановку в ряде стран в последние годы, психика эффективно расшатывается даже у эмоционально устойчивых людей…

    Upd.: «Что сказать-то хотел?»
    Грустно все это (такое отношение общества) и неправильно. И прогрессирует.

    Трикстер:
    Да.

    И грустно, и не по-человечески, но есть такое. Хотелось бы, чтобы поменьше и пореже.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *